Эдвард Элмер `Док` Смит - Дети Линзы-1: Серый Ленсмен

— Благодарю вас… Я тоже очень рад вас видеть… — в растерянности бормотал Лейси, лихорадочно пожимая руки Мак-Дугалл и пытаясь сообразить, что сказать дальше:

— Кстати, кто старшая операционная сестра на «Пасторе»?

— Как кто? — удивилась мисс Мак-Дугалл. — Конечно, я.

Кто же еще?

«Кто угодно!» — хотел сказать Лейси, но промолчал и добавил, чтобы хоть как-то сгладить неловкость:

— Просто я считаю, что вам вовсе не обязательно лично присутствовать в операционной во время операции… Я хотел предложить…

— Вы не смеете предлагать ничего подобного! — Мак-Дугалл, не отрываясь, смотрела на Лейси, пораженная страшной догадкой. Только теперь она окончательно поняла, что означало странное выражение его лица.

— Только не Ким, Лейси, ну пожалуйста, только не Ким! — умоляюще прошептала она.

— Теперь вы понимаете, Мак, что вам никак нельзя присутствовать при операции. Ваше присутствие совершенно исключено. Кто угодно, только не вы.

— Нет! — решительно возразила Мак-Дугалл, хотя лицо ее по-прежнему оставалось мертвенно-бледным. — Неужели вы думаете, Лейси, что я позволю кому-нибудь ассистировать, когда его будут оперировать?!

— Я не хотел говорить вам, но он находится в тяжелом, почти безнадежном состоянии.

Услышать такое от Лейси, хирурга с огромным опытом, немало повидавшего за свою долгую жизнь, было невероятно.

— Тем более я настаиваю на своем праве ассистировать вам во время операции. В конце концов, здесь моя работа!

— А я говорю, что вам не следует даже переступать через порог операционной. Таков мой официальный приказ!

— К черту ваши идиотские приказы! — вспыхнула Мак-Дугалл. — Вы же понимаете, что я все равно буду ассистировать вам!

— Послушайте, юная леди…

— Неужели вы полагаете, будто в ваших силах приказать мне, чтобы я не выполняла те самые обязанности, выполнять которые поклялась при получении диплома? — не на шутку разбушевалась Мак-Дугалл. — Даже если бы участие в операциях не входило в мои обязанности, я все равно ассистировала бы вам! Единственное, что может помешать, — ващ приказ надеть на меня смирительную рубашку, но предупреждаю заранее: вам понадобятся не менее десяти помощников! А если вы решитесь на нечто подобное, то, будьте уверены, я позабочусь, чтобы вас с позором изгнали с действительной службы в Галактическом Патруле!

— Ладно, Мак-Дугалл, ваша взяла! — устало согласился Лейси. — Но предупреждаю, если вы упадете в обморок, то уж я непременно позабочусь о том, чтобы…

— А я — то думала, что вы меня знаете лучше, доктор Лейси.

Перед Главным хирургом снова стояла полностью владеющая собой безупречная медсестра Мак-Дугалл, ослепительно прекрасная и спокойная, как мраморная статуя.

— Если Ким умрет, умру и я. Но если Ким останется жив, я буду рядом.

— Ладно, будь по-вашему! — согласился хирург. — Возможно, вы будете держаться во время операции мужественнее, чем кто-нибудь другой. Но помните о последствии. Такое напряжение не проходит даром.

— Я знаю, — тихо сказала Мак-Дугалл. — Но я справлюсь, если Ким будет жить.

И снова перед Лейси возникла старшая медсестра Мак-Дугалл — безупречная, подтянутая, невозмутимо спокойная.

— Каков ваш предварительный диагноз, доктор? — спросила Мак-Дугалл.

— У Кима нечто вроде слоновой болезни, только в гораздо более тяжелой форме. Поражены обе руки и обе ноги. Необходима радикальная ампутация. Вместо глаз у Кима зияют рваные раны. Ожоги. Множественные сложные переломы. Резаные и колотые раны. Внутренние ушибы, разрывы и кровотечения. Отеки. Глубокий шок. Но, поскольку головной и спинной мозг целы, общий прогноз благоприятный.

— О, как я рада! — на мгновение сквозь непроницаемую броню вышколенной медсестры проглянула любящая и страдающая женщина.

— Простите, доктор Лейси, то, что Ким будет жить — правда, или вы просто хотите меня обнадежить?

— Истинная правда! — заверил Лейси как можно более убедительным тоном. — Дело в том, что способность Ворсела к сверхчувственному восприятию многократно превосходит способность человека, и его сообщения о состоянии Киннисона отличаются полнотой и точностью. Я уже говорил вам, мозг, разум и спинной мозг Киннисона не пострадали, что вселяет надежду на его спасение.

Наконец скорость спидстера сравнялась со скоростью космического госпиталя, спидстер после короткого маневра причалил к «Пастеру» и был поднят на борт гигантского корабля-госпиталя. Серого линзмена немедленно доставили в операционную. Анестезиолог занял свое место у операционного стола, а Лейси получил мысленное послание от Киннисона:

— Анестезия мне не поможет, доктор Лейси. Вы не можете отключить мое сознание, не убив меня. Делайте операцию без наркоза. Я держал блокаду нервной системы, пока дель-гонец пытал меня, смогу выдержать и операцию.

— Но мы не можем оперировать вас без анестезии! — воскликнул Лейси. — Тяжелые операции, а вам предстоит операция не из легких, производятся под общим наркозом, и вы не можете находиться в сознании во время операции. Мне кажется, что вы сейчас бредите. Давайте попробуем наркоз. Мы всегда даем общий наркоз при таких операциях, и всегда с успехом. Вы не возражаете?

— Не возражаю. Валяйте. Мне даже лучше, не нужно поддерживать блокировку нервной системы. Анестезиолог дал наркоз.

— Киннисон, вы отключились? — спросил Лейси через Линзу.

— Нет, — последовал ответ. — Физически я бодрствую, но ничего не чувствую и не могу пошевелить ни одной мышцей, но мысленно присутствую в операционной.

— Но такое невозможно! — запротестовал Лейси. — По-видимому, вы были правы, но мы не можем дать вам большую дозу наркоза, вы ее просто не выдержите. Но вам необходимо выключить сознание! Можете ли вы сами отключиться?

— Могу, конечно. Но почему мне необходимо выключить сознание? — с любопытством спросил Киннисон.

— Чтобы избежать шока! Ваш мозг может не выдержать! — пояснил хирург. — В вашем случае духовная или интеллектуальная сторона происходящего важнее, чем физическая.

— Возможно, вы и правы, но выключить мое сознание с помощью анестезии вам не удастся. Позовите Ворсела. Он уже делал нечто похожее. Ему удалось продержать меня в бессознательном состоянии, возвращая сознание только когда он кормил или поил меня. Ворсел единственный, кто по эту сторону от Эрайзии может манипулировать моим сознанием.

Прибыл Ворсел.

— Спи, друг мой! — скомандовал он мягко, но твердо. — Спи глубоко, разумом и телом. Ты не испытываешь никаких ощущений, не чувствуешь даже, как идет время. Спи, пока кто-нибудь, обладающий достаточными знаниями и властью, не пробудит тебя.